Корпоративный журнал Внешэкономбанка

Банк развития

Дефицит под маской

Энергетика все еще нуждается в инвестициях и новых объектах генерации.

Вместо предсказанного накануне энергореформы дефицита мощностей Россия имеет сейчас их в избытке, а реальное потребление отстает от прогнозов. Так говорит статистика, но это «средняя температура по палате». Много оборудования устарело, а выбытие его из строя может перевернуть все с ног на голову. Есть регионы, чье социально-экономическое развитие находится в прямой зависимости от устранения проблемы энергодефицита. И далеко не всегда частный инвестор, чье привлечение в отрасль было одной из задач реформы, может решить вопрос. «Стоимость энергопроектов – миллиарды рублей, а сроки окупаемости могут достигать 20–30 лет. Мировая практика показывает, что активное участие в судьбе таких проектов принимает государство», – говорит глава отдела экспертов «БКС Экспресс» Дмитрий Шишов, добавляя, что ведущую роль могут взять на себя институты развития.

Вспомнить все

Энергетика, как лакмусовая бумажка, выявила многие проблемы, через которые прошла Россия в новейшей истории. 1990-е отрасль начала с запасом прочности, накопленным в СССР. Но по ней больно ударили реалии нового времени – не только падение спроса, связанное с торможением в промышленности, но и дефицит «живых» денег, вызванный неплатежами и бартером. Плюс непрозрачная система организации отрасли и практика перекрестного субсидирования.

В конце 1990-х «отец приватизации» Анатолий Чубайс возглавил РАО «ЕЭС» – компанию, под контролем которой была львиная доля отрасли. Менеджерская команда Чубайса стала движущей силой реформы энергетики, запущенной правительством. Идея была в разделении отрасли на естественно-монопольную (сети и диспетчеризация) и конкурентную (генерация и сбыт) части, создании стимулов для роста эффективности энергокомпаний и привлечения инвесторов.

Довольно быстро появился термин «крест Чубайса». Он обозначал пересечение кривых на прогнозных графиках потребления и производства, что показывало надвигающийся энергодефицит. Устранение этой угрозы и провозглашалось в числе главных целей. В том числе для этого РАО провело распродажу активов. На торги они выставлялись с обременением. «Ваши деньги должны быть вложены именно в тот проект, который уже есть», – говорил инвесторам Чубайс. Правительство утвердило генсхему размещения объектов энергетики (ее называли ГОЭЛРО-2). По ней к 2020-му суммарная мощность электростанций России к уровню 2006 года должна вырасти почти вдвое. Но вряд ли это случится.


Опережая время

Документ принят в 2008 году, и почти сразу отечественная экономика вошла в зону турбулентности, связанную с разворачиванием глобального кризиса. Сроки сдачи объектов начали сдвигаться, что возглавлявший тогда правительство Владимир Путин назвал «антикризисными послаблениями». Это, в принципе, соответствовало тенденциям. Например, в 2010-м потребление составило 989 млн кВт*ч, в то время как в плане ГОЭЛР­О-2 даже по базовому варианту должно быть 1197 млрд кВт*ч. Кстати, и в прошлом году было лишь около 1014 млрд кВт*ч.

Зато в 2014-м был поставлен рекорд по вводу новой генерации – в сумме 7,3 ГВт. Это порядка 20 объектов, больше строили только в СССР. Установленная мощность электростанций России составила 232,4 ГВт. Но в то же время по результатам проведенного на 2015 год конкурентного отбора мощности «Системный оператор» (диспетчер) сообщил, что «ввиду существенного превышения предложения над спросом» невостребованными стали 16 ГВт генерации.

Однако, пока победа над дефицитом все же носит характер пирровой, естественное выбытие стареющей техники может быстро и радикально изменить ситуацию. «Отставание с вводом мощностей может увеличить риски для устойчивости единой национальной электроэнергетической системы», – говорится в опубликованном в прошлом году Высшей школой экономики докладе «Электроэнергетика России: проблемы выбора модели развития».

Особый случай

«В сфере системной электро­энергетики реализовывать крупные инвестпроекты сложно», – говорит аналитик Райффайзенбанка Федор Корничев. Это, по его словам, зачастую невыгодно. «При текущей конъюнктуре цен и существующем регулировании условия непривлекательны для инвесторов. Есть риск, что вложенные средства не окупятся», – соглашается директор Института проблем ценообразования и регулирования естественных монополий Илья Долматов. Конечно, всем хотелось бы более значительного притока частных инвестиций. Однако исходя из названных причин, а также учитывая непростую ситуацию в экономике в целом, роль драйвера, по его мнению, могли бы взять на себя государственные институты развития. С этим согласна и Наталья Порохова: «Проекты в области модернизации и обновления мощностей, повышения энергоэффективности должны быть для институтов развития приоритетными». Это, по ее словам, выгодно как бизнесу, так и государству.

Подтверждает это и практический опыт. Яркий пример – Сочи. Долгое время это был один из самых проблемных в плане энергообеспечения городов России. Существовавшая здесь генерация «закрывала» лишь 1/4 потребления. Подготовка к Олимпиаде, по словам премьера Дмитрия Медведева, стала «хорошим поводом, чтобы закрыть проблему». Однако встал вопрос финансирования, и к реализации проекта был привлечен институт развития. В итоге появились две новые станции – Адлерская и Сочинская ТЭС мощностью 360 МВт и 158 МВт (принадлежат ОГК-2 и «ИнтерРАО»). Смета работ по первому из этих проектов составила 28 млрд руб., из них почти 19,5 млрд – инвестиции ВЭБ. По второму – 5,5 и 2,5 млрд руб. соответственно. Суммы немалые, но институт развития здесь устранил «провал рынка», то есть решил задачи, которые не мог взять на себя сторонний инвестор.

Еще одна «Аврора»

Еще год назад Удмуртия, где работают крупные промышленные предприятия, на 1/3 обеспечивала себя энергией. Для понимания проблемы можно назвать несколько потребителей – «Ижсталь», «Ижавто», «Калашников». Ижевская ТЭЦ-1 – одна из старейших в стране. Она построена в 1930-х, местные жители называют ее «Авророй» за внешнее сходство контура со знаменитым крейсером. И как настоящая «Аврора» представляет сейчас сомнительную с военной точки зрения ценность, так и мощности ТЭЦ-1 еще недавно было сложно назвать серьезными – 69 МВт.

Реконструкцию станции вел ее собственник – «КЭС Холдинг». Проект был завершен летом прошлого года, когда ввели в строй парогазовый блок мощностью 230 МВт. Общий объем инвестиций – 11,5 млрд руб., из них 8,3 млрд – поддержка ВЭБ. Особенность проекта – максимальное применение отечественного оборудования. В числе поставщиков – «Уральский турбинный завод», НПО «ЭЛСИБ», холдинг «Силовые машины». То есть модернизация станции дала импульс не только к развитию местных предприятий.

Богучанская ГЭС в Красноярском крае – это еще один проект, ориентированный на промышленность. Станция мощностью 3 ГВт проектировалась в 1970-х, однако развернуть работы удалось лишь в середине нулевых. Стоимость проекта «РусГидро» и «РУСАЛа» – 72,5 млрд руб., из которых 28,1 млрд предоставлено ВЭБ. В прошлом декабре в эксплуатацию был запущен последний, девятый гидроагрегат станции. На полную мощность она выйдет в этом году. Предполагается, что до половины производимой энергии будет потреблять Богучанский алюминиевый завод. Как сообщает «РУСАЛ», его первый пусковой комплекс мощностью 147 тыс. тонн металла в год может начать работу в ближайшие месяцы.

Эта ГЭС – ключевой проект программы развития Нижнего Приангарья. Налоговые поступления в бюджеты всех уровней за весь период реализации проекта оцениваются почти в 80 млрд руб. По информации самой станции, только в прошлом году в виде налогов было уплачено почти 1,9 млрд руб. (вдвое больше, чем в 2013-м). В казну Красноярского края, который является дотационным, ушло около 1,2 млрд руб.


Социальный аспект

Проекты в энергетике не обязательно должны поражать масштабом, чтобы играть важную роль. По словам ведущего эксперта Центра прикладных исследований региональной и муниципальной энергетики Института энергетики НИУ ВШЭ Игоря Ряпина, в удаленных районах проблема энергодефицита стоит остро. «Небольшие поселки снабжаются от давно отслуживших свой срок дизельных генераторов. Это ненадежно и дорого», – говорит он. Но тяжело заинтересовать инвестора в проектах социальной направленности. «Требуется поддержка государства и институтов развития, в частности – предоставление долгосрочных средств по приемлемым ставкам», – считает эксперт.

Несколько лет назад компания «Норд Гидро» начала программу строительства и реконструкции малых ГЭС (до 25 МВт). Это первый подобный проект в современной России, хотя в середине XX века в СССР работало свыше 6,5 тыс. таких установок. На первом этапе «Норд Гидро» хочет построить и реконструировать семь станций в Карелии. Стоимость проекта – 2,1 млрд руб., из которых ВЭБ может предоставить почти 1,6 млрд. По словам главы Минэкономразвития республики Валентина Чмиля, малые ГЭС обеспечат малонаселенные пункты электроэнергией и подтолкнут к снижению уровня безработицы (только на самих станциях будет создано более 100 рабочих мест).

Уже завершена реконструкция трех ГЭС. Одна из них – Ляскеля – обеспечивает энергией остров Валаам. По словам управляющего директора «Норд Гидро» Алексея Виноградова, на очереди еще несколько проектов в Карелии – станция в поселке Реболы, а также две Белопорожские ГЭС на реке Кемь. В них 3/4 оборудования будет отечественного производства. В перспективе новые малые ГЭС могут появиться в Коми, Самарской, Липецкой и Саратовской областях, Красноярском крае и Югре.


Проблема в деталях

Указанные проекты – это лишь примеры того, что строится с использованием механизмов господдержки, в частности посредством участия такого института развития, как ВЭБ. На фоне расхождения прогноза ГОЭЛРО-2 и фактического потребления может показаться, что все проекты, реализуемые сейчас, – это наращивание избыточных мощностей. Однако, по мнению специалистов, это вовсе не так. Как говорит Федор Корначев из Райффайзенбанка, «Россия находится в такой ситуации, когда есть вероятность быстрого «схлопывания» профицита из-за вывода генерации, отработавшей срок». Поэтому Илья Долматов из Института проблем ценообразования призывает не останавливать процесс обновления, но выровнять ситуацию путем вывода из работы неэффективной генерации. Кстати, об этом много говорилось на старте энергореформы. «Не вижу причин ждать. И еще вопрос, чего ждать?» – спрашивает эксперт.

Отрасль должна развиваться, и даже наблюдаемые сейчас негативные процессы в экономике не должны стать сдерживающим фактором. Тем более что и в такой ситуации есть условия для увеличения производства. «Это, например, экспорт. После девальвации рубля электроэнергия в России стоит дешевле, чем в Финляндии, Прибалтике, других странах Европы», – говорит Федор Корначев.

Большинство экспертов сходятся во мнении, что в ближайшее время системного энергодефицита в России не будет. Однако локальные проблемы возможны. И этот вопрос требует оперативного решения, так как влияет на социально-экономическое развитие отдельных территорий. Но сделать это, по словам Игоря Ряпина из Центра прикладных исследований региональной и муниципальной энергетики, можно только при условии, что инвесторам будут обеспечены стабильные и предсказуемые правила игры, а также предоставлена необходимая поддержка.


СЕРДЦЕ СОЧИ

Строительство Адлерской теплоэлектростанции в Имеретинской низменности началось осенью 2009 года. Это один из ключевых объектов инфраструктуры, введенных к Играм в Сочи. Адлерская ТЭС обеспечила электроэнергией и теплом спортивные, транспортные и туристические объекты, а также предприятия и жилые дома в близлежащих районах. Построенную при поддержке ВЭБ ТЭС, как говорит губернатор Краснодарского края Александр Ткачев, называют сейчас «энергетическим сердцем Сочи». Проект во многом уникален. Станция спроектирована в конфигурации, позволяющей обеспечить все основные требования, предъявляемые как в части выработки электро- и теплоэнергии, так и по экологии.

ЛЬВИНАЯ ДОЛЯ

В отраслевой структуре портфеля Внешэкономбанка сейчас более 50% приходится на инфраструктуру. В том числе это 21 проект в сфере энергетики. Интересно, что самый крупный и самый скромный объекты с точки зрения требуемых инвестиций относятся к гидроэнергетике – это Богучанская ГЭС в Красноярском крае и сеть мини-ГЭС в Карелии. Также в настоящее время при участии банка развития реализуются проекты в области жилищно-коммунального хозяйства – это модернизация системы водоснабжения и водоотведения в Ростове-на-Дону и создание системы переработки бытовых отходов в Санкт-Петербурге и Ленинградской области.

ДОМ ВЕТЕРАНОВ

Казалось бы, правы оказались противники теории «креста Чубайса» – дефицита пока нет. Однако, говорит главный эксперт Центра экономического прогнозирования «Газпромбанка» Наталья Порохова, все еще остро стоит вопрос модернизации. Ведь энергетика как инфраструктурная отрасль должна развиваться опережающими темпами, чтобы стать плацдармом для дальнейшего роста экономики.

Пока проблема старения мощностей далека от разрешения. Если накануне распада СССР, в 1990-м, средний возраст оборудования составлял около 18 лет, то теперь, по данным Агентства по прогнозированию балансов в электроэнергетике, более 30 лет. По экспертным оценкам, порядка 50 ГВт нуждаются в замене.

ВЕРНУТЬСЯ К ЛЕНТЕ