Корпоративный журнал Внешэкономбанка

Банк развития

С чистого листа

Решение проблемы Байкальского ЦБК может быть только комплексным.

На южном берегу озера Байкал, в устье рек Солзан и Харлахта, расположен город Байкальск. Он был основан в 1961 году как поселок строителей передового целлюлозно-бумажного комбината (ЦБК). Когда-то планировалось, что здесь будет крупный индустриальный центр с населением до 300 тыс. человек. Сегодня в Байкальске постоянно проживает немногим более 10 тыс. человек, а градообразующее предприятие – тот самый ЦБК – после многолетних мытарств прекратило работу. В наследство остался целый клубок социальных, экономических и экологических вопросов. Их решение, чем активно занимается Внешэкономбанк, может подарить Байкальску новую жизнь и стать примером для подобных ему городов России.

Хождение по мукам

ВЦИОМ провел опрос россиян с целью определить природные и культурные памятники, являющиеся символами страны. Первое место в рейтинге занял Байкал, опередивший Кремль и Красную площадь, Медного всадника и Петергоф, «Родину-мать» и другие значимые объекты. Но ни для кого не секрет, что на берегу «символа России» находится сейчас промзона ЦБК площадью почти 750 га, еще 180 га занято под хранение отходов. Комбинат был создан полвека назад для обеспечения военного самолетостроения целлюлозным шинным кордом. Таким производствам нужен доступ к пресной воде. Обсуждались Ладога, Онега, Телецкое озеро, но «повезло» Байкалу.

Время, когда принималось решение, в народе назвали «оттепелью». Небольшие расхождения с официальной линией позволялись, а потому звучали мнения противников проекта ЦБК. Так, директор Лимнологического института Сибирского отделения (СО) АН СССР Григорий Галазий прямо говорил, что целлюлозно-бумажная промышленность не в состоянии очищать сточные воды до безопасного уровня. Но эти доводы не были приняты в расчет.

Потом попытки как-то решить вопрос с уже работающим ЦБК предпринимались, но без успеха. В 1980-х его хотели перевести на кислородную отбелку целлюлозы вместо более грязной хлорной технологии, но уже при переработке опытной партии произошла авария. В 2000-х был план перехода на схему, исключающую сброс воды в Байкал. Но тогда выпуск беленой целлюлозы – наиболее рентабельной продукции – стал невозможен, заговорили о  полной остановке предприятия.

В это время и прояснился реальный масштаб проблемы. Помимо экологических и экономических вопросов, связанных как с действием, так и с бездействием ЦБК, обозначились социальные риски. Кроме обеспечения занятости населения появилась задача устойчивого энергоснабжения Байкальска, зависящего от ТЭЦ комбината.


Персонажи «Сталкера»

В 2010 году была попытка реанимировать производство, причем по первоначальной, незамкнутой схеме. Глава СО РАН Александр Асеев, побывавший тогда в Байкальске, сказал, что увиденное произвело гнетущее впечатление и он почувствовал себя героем «Сталкера»: «Много говорится о модернизации, а тут снова запускают технологию 1950-х годов».

Депутаты Народного Хурала соседней с Иркутской областью Республики Бурятия написали в правительство письмо, где заявили, что комбинат – угроза для развития нового «чистого» бизнеса и «за короткий срок начались процессы сворачивания проектов». Резко против были экологи. Вице-президент Фонда содействия сохранению Байкала Баир Цыренов рассказывает, что в пробах ила, которые были взяты во время погружений аппаратов «Мир» в озеро вблизи ЦБК, были обнаружены вредные вещества. «Технические специалисты долго оттирали аппараты от взвеси, при этом были вынуждены терпеть зловонный запах, буквально въевшийся в борта», – говорит он.

И самое интересное, что все жертвы не имели смысла – аудит комбината показал отсутствие у него перспектив. Возраст оборудования был значительно выше, чем у других предприятий. Стоимость модернизации была сопоставима с ценой нового завода. Причем само расположение ЦБК являлось препятствием для эффективного бизнеса: транспортное плечо по доставке необходимого сырья составляло около 1 тыс. км. Как результат – производство падало, завод все равно пришлось бы останавливать.

К концу 2012 года стало ясно, что других вариантов нет. К этому времени Альфа Банк, бывший основным кредитором ЦБК, переуступил Внешэкономбанку свои требования на 1,8 млрд руб. «ВЭБ вошел в состав кредиторов с долей в 60,2%. ЦБК была открыта кредитная линия, что позволило обеспечить производственную деятельность до момента закрытия, работу ТЭЦ до передачи в муниципальную собственность, проводить своевременную выплату зарплат и выходных пособий», – говорит министр экономического развития Иркутской области Руслан Ким.


Привлечь туриста

ЦБК остановился в сентябре 2013 года. Незадолго до этого премьер Дмитрий Медведев заявил, что будущее Байкальска – в создании особой экономической зоны (ОЭЗ) туристско-рекреационного типа. Такой подход, в общем-то, неудивителен. Это мировая практика, отмечает директор по природоохранной политике WWF Евгений Шварц. Так, в США некоторые города, основанные при разработке шахт, успешно переориентировались на туризм. И многие из них не обладали даже примерно равными региону Байкала факторами привлекательности.

ВЭБ выступил с идеей решения всех проблем в комплексе и предложил властям Иркутской области создать управляющую компанию для развития Байкальска, где расположены ЦБК и туристская ОЭЗ «Ворота Байкала». Работа должна объединять два процесса – закрытие экологически небезопасного производства и поиск инвесторов для проектов в Байкальске. Предложение банка поддержали власти Приангарья и руководители Минэкономразвития РФ. Кроме того, в правительство был представлен рассчитанный до 2020 года План модернизации Слюдянского района Иркутской области и находящегося в его границах моногорода Байкальск. Также по инициативе Минприроды РФ стал прорабатываться вопрос создания на территории ЦБК тематического парка «Заповедная Россия».

В городе знакомы с этими планами и также делают ставку на развитие туризма, но многим кажется, что процесс идет медленно. Один из главных центров притяжения гостей – комплекс «Гора Соболиная» (12 трасс протяженностью 15 км). Это большой объект, включающий в себя помимо спортивной составляющей несколько гостиниц, ресторанов, spa и оздоровительные центры, а также детский лагерь. Но житель Байкальска, бывший глава одного из цехов ЦБК Александр Матюхин поясняет, что «Гора Соболиная» была открыта еще в бытность комбината, а в прошлом году из объектов туриндустрии в городе открыт только причал. «Этим пока и ограничивается список событий, говорящих о развитии ОЭЗ туристско-рекреационного типа», – заключает он.

Преподаватель экономических дисциплин Байкальского техникума отраслевых технологий и сервиса Татьяна Глукман указывает и на такую сложность: «Привлечение туристов возможно только при условии проведения рекламной кампании. Но если о Байкальске как о загрязнителе не говорил только ленивый, то о Байкальске как о курорте говорить не хочет никто». Кроме того, развитие туризма сдерживает извечная проблема – транспорт. Как отмечает глава комитета по собственности и экономической политике Заксобрания Иркутской области Ольга Носенко, перелет из Москвы обходится сейчас в среднем в 15 тыс. руб. на человека, и туристов «эта цена отпугивает как никакой комбинат».


Большая стирка

При этом ясно, что для полномасштабного развития туристической составляющей нужно в первую очередь снять экологические проблемы. А они смущают не то что приезжих, но даже местных. Несколько лет назад иркутский Центр независимых социальных исследований и образования провел опрос, и 63% жителей города заявили о вреде, который ЦБК наносит здоровью людей.

Остановка производства сама по себе, конечно, сыграла позитивную роль. «Перестало пахнуть капролактамами, не пахнет сероводородом. Теперь чувствуешь, что живешь на природе», – говорит педиатр-неонатолог филиала Слюдянской ЦГБ в Байкальске Игорь Семутенко. Но только этого мало. Около завода находятся так называемые карты шламонакопителей, в которых хранится 6,2 млн тонн отходов. «Учитывая сейсмическую активность на Байкале, – предупреждает директор Института динамики систем и теории управления СО РАН Игорь Бычков, – шлам может оказаться в озере. Это настоящая бомба замедленного действия».

Представленный комплексный План модернизации Байкальска отталкивается именно от этого. Осенью прошлого года компания «ВЭБ Инжиниринг» получила положительное заключение госэкспертизы Росприроднадзора по проекту ликвидации негативного воздействия отходов, накопленных в результате деятельности ЦБК. А в марте 2015 года свое положительное заключение по проекту дала Главгосэкспертиза. Процесс это дорогой и небыстрый – он займет не менее шести лет и обойдется более чем в 6 млрд руб. «Но предложенная технология рекультивации карт – лучший вариант из возможных», – считает сопредседатель «Байкальской экологической волны» Марина Рихванова. При этом она призывает к большей открытости в реализации проекта, перечисляя проблемы, которые волнуют экспертов: «Неизвестно, в каком состоянии оборудование, емкости с сернистым ангидридом, хлором. Есть риски загрязнения, на промплощадке остались отходы. Необходимо точное понимание ситуации». Но в качестве первого шага еще требуется определить организацию, которая будет выполнять работы. А соответствующий конкурс должно провести Минприроды РФ. Пока его нет, рано говорить и о рекультивации отходов, и о дальнейшем развитии Байкальска.


За работой становись

Между тем задержки грозят усугублением проблем. «Город постарел. Мы с супругой двух сыновей вырастили, выучили. Места им здесь нет. Старший сейчас в Иркутске, младший – в Крыму. Да и одноклассников наших сыновей в Байкальске осталось мало», – рассказывает Александр Матюхин. Жители города хором говорят, что главная проблема здесь – отсутствие работы. И это типичный вопрос всех моногородов, столкнувшихся с закрытием либо ограничением деятельности основного предприятия.

Как говорит первый зам­главы Байкальска по экономике, финансам и перспективному развитию Евгения Шапиро, трудоустройство населения – «самая актуальная тема» для местных властей. Она вновь ссылается на План модернизации Байкальска, где «прописаны все мероприятия, указан объем инвестиций и количество рабочих мест». Если говорить о конкретных предприятиях, то вскоре в Байкальске, по словам Евгении Шапиро, будут открыты новое рыбное хозяйство, муниципальный розничный рынок. В проекте – строительство культурного центра и тепличного комплекса. «Еще надеемся получить проектно-сметную документацию по Центру олимпийской подготовки спортсменов, планы создания которого одобрены правительством РФ», – добавляет Евгения Шапиро. Важно продолжить и реализацию программ, «которые уже успешно работают», – это переселение граждан из ветхого жилья, поддержка малого и среднего бизнеса. По последнему направлению действует МСП Банк (тоже «дочка» ВЭБа).

Чтобы не повторять ошибку, ЦБК нужно взвешенно подходить к пуску новых производств возле Байкала. Но до недавнего времени запрет был практически «сплошным». Нынешней весной правительство уточнило список разрешенных видов деятельности. В него попало производство хлебобулочных, кондитерских и макаронных изделий. Вместе с тем установлены ограничения, препятствующие строительству новых угольных котельных и целлюлозно-бумажному производству. В постановлении сказано: «Из-за ограничения разрешенных видов деятельности Байкальская природная территория имеет низкую инвестиционную привлекательность, что сдерживает создание новых рабочих мест и развитие ОЭЗ туристско-рекреационного типа «Ворота Байкала». «Изменение списка запрещенных видов деятельности, безусловно, может стать стимулом для создания новых производств Байкальска и развития уже существующих. Каждый инвестор, когда ему предлагают реализовывать тот или иной проект, оценивает риски. Они очень высоки в случае, если та деятельность, которую бизнес намерен проводить, в целом запрещена законом», – говорит Евгения Шапиро.

Но есть еще несколько важных проблем. Помимо рекультивации отходов, по словам Руслана Кима, надо решить вопрос изношенности инфраструктуры Байкальска. Министр экономического развития Иркутской области добавляет, что «ВЭБ Инжиниринг» уже подготовил технико-экономическое обоснование по проектам модернизации систем водоснабжения и водоотведения, создания системы сбора, сортировки, переработки и утилизации твердых бытовых отходов Байкальска. В настоящее время ВЭБ оказывает содействие в подготовке проектной документации на модернизацию системы теплоснабжения города.


Заповедный уголок

Этапы превращения Байкальска в туристический центр с экологически чистой промышленностью прописаны в Плане модернизации города, общий объем которого составляет 53,8 млрд руб. В сферу компетенции ВЭБа и его структур в Байкальске, помимо проекта по рекультивации, входят подбор инвесторов для площадки, строительство нового теплоисточника и развитие турзоны «Ворота Байкала». Уже сейчас в ОЭЗ зарегистрировано четыре резидента, еще у пяти компаний подготовлены бизнес-планы с общим объемом инвестиций около 1,1 млрд руб.

К анонсировавшимся ранее планам строительства на берегу Байкала вместо комбината тематического парка «Заповедная Россия» банк отношения не имеет – по решению правительства этим вопросом должна заниматься учреждаемая совместно с благотворительным фондом охраны окружающей среды «Зеленое будущее» автономная некоммерческая организация «Экспоцентр «Заповедники России».

Однако недавно появилась информация, что проект сейчас приостановлен, поскольку не определен единый собственник территории Байкальского ЦБК. Вопрос должен быть решен Росимуществом. Но когда это произойдет, пока непонятно. А это еще один пункт в длинном перечне проблем, сдерживающих пока развитие Байкальска.

Чудеса Байкала

Фонд содействия сохранению Байкала провел народное голосование, чтобы определить чудеса самого большого озера планеты. Результаты опубликованы на сайте baikalfund.ru. Список из 100 пунктов включает в себя памятники природы, сакральные места, духовные святыни, историческое наследие, эндемики Байкала.
А так выглядят 10 главных чудес:

1. Байкальская нерпа – один из трех видов пресноводных тюленей. Ее предки обитали в морях Ледовитого океана.

2. Шаман-камень – скала у истока Ангары. В древности здесь молились и вершили правосудие.

3. Байкальский омуль – рыба семейства лососевых, основной объект промысла.

4. Кругобайкальская железная дорога – одна из самых живописных в мире. 84-километровая магистраль включает в себя 424 инженерных сооружения, в том числе 39 тоннелей.

5. Иволгинский дацан – духовная столица Буддийской традиционной Сангхи России. Отсюда после долгих лет запрета началось возрождение буддизма в стране.

6. Нетленное Тело Пандито Хамбо Ламы XII Даши Доржо Итигэлова – духовного главы бурятов, ушедшего в нирвану в состоянии медитации в конце 1920-х.

7. Мыс Бурхан – одна из девяти святынь Азии, первое название – мыс Шаманка. Двухвершинная скала сложена кристаллическим известняком-мрамором.

8. Музей Тальцы – архитектурно-этнографический комплекс. Его основа – деревянные здания из сел, попавших в зону затопления при постройке ГЭС на Ангаре.

9. Кедр сибирский – вечнозеленое дерево, чья высота может превосходить 40 м, а продолжительность жизни – 500 лет.

10. Ольхон – крупнейший остров Байкала. Его длина – 73 км, ширина – 12 км. Это географический центр этнической территории бурят.

В РЕЖИМЕ ОЖИДАНИЯ

Глава профкома ЦБК Александр Нестеренко рассказывает, что сейчас в штате комбината осталось 45 человек из 1,6 тыс. Еще 200 работают на ТЭЦ. Часть персонала, как говорят местные жители, трудится вахтовым методом, но не все довольны – условия не соответствуют ожиданиям. Некоторые добираются на службу в соседние города на запущенной после закрытия ЦБК электричке. Многие ждут проект рекультивации – как планирует «ВЭБ Инжиниринг», в нем может быть занято свыше 400 бывших сотрудников ЦБК.


ВЕРНУТЬСЯ К ЛЕНТЕ