Корпоративный журнал Внешэкономбанка

Банк развития

Какие направления работы в Азии сейчас наиболее важны для российского Банка развития?

Члены Экспертного совета ВЭБа о перспективах и рисках Внешэкономбанка при реализации проектов в Центральной и Южной Азии.


fonotov.jpgАндрей Фонотов,
заведующий Кафедрой управления
наукой и инновациями Национального
исследовательского университета
«Высшая школа экономики»:




Экспортноориентированные экономики неизбежно попадают в зависимость от конъюнктуры соответствующих рынков. Причем это справедливо не только для развивающихся, но и для развитых экономик. В подобной ситуации оказывались даже такие страны, как Германия и Япония. Для государств, нацеленных на сырьевой экспорт, зависимость от внешних рынков может быть еще драматичнее. Российская экономика ощущает сейчас в полной мере последствия сразу нескольких кризисных явлений: исчерпание потенциала определенной модели развития внутри страны, экономический спад, затронувший страны – локомотивы мировой экономики, распространяющийся на связанные и зависимые от них государства, влияние политики санкций, не говоря уже о внутренних вопросах, таких как демографический кризис, недостаточная развитость инфраструктуры, социальные проблемы (образование, здравоохранение и т.д.), недостаточная эффективность государственных институтов и пр.

Представляется, что наиболее острая проблема в сложившейся ситуации заключается в привлечении инвестиций, необходимых для осуществления институциональных реформ и диверсификации общественного производства с целью снижения зависимости от сырьевого экспорта. С этой точки зрения деятельность ВЭБа на азиатских финансовых рынках по привлечению инвестиций имеет огромное значение для экономики страны и хорошие шансы на успех. Поэтому это направление должно быть приоритетом.

Однако позитивное продолжение этой задачи возможно лишь в том случае, если параллельно будут решены проблемы по созданию экономических, социальных условий и институциональной среды, благоприятной для конкуренции и инноваций. Соответствующие подходы и меры давно известны и включают в себя обеспечение соблюдения прав собственности и прав на результаты интеллектуальной деятельности, устранение ограничений на доступ к рынку для новых игроков, совершенствование налогового законодательства, поддержка малого и среднего бизнеса и т.п.

Проделанная к настоящему времени на межгосударственном уровне работа, в которой активнейшее участие принимает ВЭБ, по взаимодействию на двухсторонней основе с финансовыми институтами крупнейших стран Азии и в рамках различных межгосударственных объединений, свидетельствует о том, что Банк развития готов к решению поставленных перед ним задач. Однако полновесное использование всего потенциала этой работы зависит от подкрепления ее результатов реализацией необходимых мер по социально-экономической и политической модернизации внутри страны.



danilov-danilyan.jpgВиктор Данилов-Данильян,
директор Института водных проблем
Российской академии наук:






Значительную часть проектов по энергетическому сотрудничеству в Азиатском регионе сегодня связывают с развитием укрепившихся связей между Россией и КНР. В последние 10 лет динамика потребления Китаем энергии постоянно растет. Чтобы справиться с возросшими потребностями, Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) договорилась о создании совместных нефте- и газодобывающих предприятий на западном направлении – в Индии, Иране и Туркмении, а также взяла под контроль около 23% нефтяной промышленности Казахстана. А в мае 2014 года между представителями «Газпрома» и CNPC был заключен 30-летний исторический договор стоимостью $400 млрд, согласно которому Россия обязалась обеспечивать одну из крупнейших экономик мира природным газом.

Мы видим, что Пекин делает ставку на диверсификацию энергетических рисков, и Россия, увы, здесь не может рассчитывать на монополию. Китай в качестве партнера сегодня востребован и привлекателен для всех. Он – как красивая 18-летняя невеста, к которой стоит очередь из женихов. Внезапно выросшая экономика притягивает к нему всех: и европейские страны, и США, и Россию. Китайцы понимают, что в таких условиях они могут выбирать и соглашаются только на контракты на крайне выгодных для них условиях, как это произошло с Россией. Фактически газопровод для обеспечения нужд Китая наша страна построит за свой счет. Значит ли это, что нам нужно забыть о партнерстве с Китаем и искать более выгодные для себя условия сотрудничества с другими странами? Нет, не значит. Сегодня ситуация такова, что если вы игнорируете Китай, то вы остаетесь на периферии мировых экономических отношений.

Энергетический рынок Китая сегодня является для России приоритетным в силу нескольких причин. Во-первых, Россия стремится снизить опасность конкуренции с Китаем за центрально-азиатские энергоресурсы. Во-вторых, как и в КНР, потребление газа в нашей стране растет быстрее, чем заложено в «Энергетической стратегии», и контракт 2014 года на 30 лет призван содействовать развитию собственных мощностей. Сырьевые материалы: нефть, газ и древесина составляют сегодня примерно 80% товарооборота между Россией и Китаем.

Казалось бы, причем здесь Банк развития? Ответ прост. Обеспечить успешное энергетическое сотрудничество должен финансовый сектор. И здесь есть проблемы. В условиях нестабильных цен на нефть, а также сложностей с составлением долгосрочных финансовых прогнозов это направление выглядит наиболее уязвимым. Основным вопросом является фактическая неготовность каждой из сторон единолично принять на себя финансовые риски. Однако нельзя считать это камнем преткновения, поскольку финансовыми ресурсами сегодня располагает целый ряд профильных многосторонних организаций на пространстве Шанхайской организации сотрудничества. Детальный механизм финансирования пока отсутствует, но уже сейчас понятно, что для участия в столь масштабных проектах придется привлекать не только бюджетные средства, но и деньги финансовых корпораций. Готов ли Банк развития участвовать в таких проектах, осознавая свои риски? Думаю, при условии выработки механизма финансирования эти риски можно минимизировать.


person-kryukov.jpgВалерий Крюков,
руководитель Центра ресурсной
экономики, заместитель директора
Института экономики и организации
промышленного производства
Сибирского отделения
Российской академии наук:


Один из приоритетов на уровне Правительства РФ – участие России в строительстве системы передачи электроэнергии из Центральной в Южную Азию. Наша страна готова инвестировать в проект сотни миллионов долларов. Речь идет о так называемом проекте CASA-1000. Он предполагает экс-порт электричества из Киргизии и Таджикистана в Афганистан и Пакистан. Проект предусматривает строительство двух высоковольтных линий и трех электрических подстанций в Кабуле, Пешаваре и Сангтуде для экспорта электроэнергии из Таджикистана и Киргизии в Пакистан и Афганистан. Потенциально это проект с высокой финансовой отдачей для всех инвесторов, поскольку никто не сомневается, что энергопотребление на этом участке будет расти. Предполагается, что участие России в этом проекте позволит укрепить отношения с государствами Центральной Азии, обеспечит выход отечественных компаний на новые рынки. В этом проекте совершенно точно планирует принять участие ПАО «Интер РАО ЕЭС». Если в перспективе к участию к нему присоединятся финансовые структуры России, в том числе Банк развития, то я думаю, что стратегическая и финансовая отдача от проекта вполне может оправдать затраченные ресурсы. Однако такое участие возможно, только когда будут четко определены условия участия российской стороны.


Solntsev_1.jpgОлег Солнцев,
руководитель направления
анализа денежно-кредитной
политики и банковской системы
Центра макроэкономического анализа
и краткосрочного прогнозирования:



На мой взгляд, приоритетное направление для Банка развития – не только в Азии, но и за рубежом в целом – это развитие сети представительств экспортного страхового агентства ЭКСАР. В отличие от иностранных конкурентов у нашего агентства совсем нет сети зарубежных представительств. Это препятствует деятельности российских экспортеров и их работе в том числе в странах Азиатско-Тихоокеанского региона.

Что же касается каких-то глобальных сырьевых и несырьевых проектов, то это в большей степени дело государственной политики и решений на государственном уровне. Вряд ли Банк развития здесь может выступать в роли инициатора. А если говорить о средних по масштабу сделках, связанных со странами Азии, то, чтобы их возможно было осуществить, необходимо развитие клиентской сети – как в России, так и за рубежом. То есть приходится вновь вернуться к теме, о которой уже шла речь выше. У ЭКСАР постоянных клиентов за рубежом фактически нет. Эту базу необходимо создавать и наращивать.


ponomaryov.jpgАлексей Пономарев,
вице-президент по стратегии
и связям с индустрией
Сколковского института науки и технологий:





Я знаю, что один из государственных приоритетов в области расширения транспортной инфраструктуры сейчас – развитие объединенной транспортно-логистической системы Единого экономического пространства и «Объединенной транспортно-логистической компании» для обеспечения транзитных потребностей России, Казахстана и Белоруссии, и стран, которые заинтересованы в транзите через территорию этих государств. С учетом географических особенностей запланированной инфраструктуры и динамики развития западных и центральных провинций Китая можно рассчитывать на то, чтобы, к примеру, к 2020 году переориентировать на российско-белорусско-казахстанскую компанию до 2% всего евроазиатского контейнерного транзита. Конечно, таких показателей можно достигнуть при условии удобной и доступной инфраструктуры, которая будет привлекательна для стран Центральной Азии и ряда Европейских государств.

Участие в этом проекте Банка развития может быть чрезвычайно перспективным, поскольку Центрально-Азиатский регион становится важнейшим звеном евроазиатской торговли, именно он обеспечивает доставку постоянно растущего объема грузов по линии транспортных коридоров «Восток – Запад» и «Север – Юг». Разговор о необходимости их развития был начат давно. Сегодня эту тему можно рассматривать также в еще одном ключе – необходимости развития транспортного коридора «Север – Юг» для реализации стратегического партнерства со странами Прикаспийского региона.


karaganov.jpgСергей Караганов,
декан факультета Мировой
экономики и мировой политики
Национального исследовательского
университета «Высшая школа экономики»:




Один из глобальных азиатско-тихоокеанских проектов, в которых предполагается участие России как заинтересованной стороны, – это возрождение Великого шелкового пути. Так исторически сложилось, что на Великом шелковом пути по северному транспортному сухопутному маршруту из стран Азии в страны Европы важную роль играют Россия и Казахстан, которые находятся в крайне выгодном геополитическом положении (транзит товаров из Азии в Европу). Кто-то относится к этому проекту иронично, но, на мой взгляд, он достаточно перспективен, особенно в свете усиления сотрудничества в рамках Евразийского экономического союза и Шанхайской организации сотрудничества.

В Евразийском экономическом сообществе уже принята концепция транспортного союза, что создает институциональные предпосылки для сотрудничества на одном из наиболее трудных участков нового Великого шелкового пути. Одной из задач ШОС также является интенсификация торгово-экономического сотрудничества между странами – участницами организации. Если страны будут действительно наращивать экономические связи, то возрожденный Великий шелковый путь будет еще более востребованным не только для транзита в Европу, но и как оптимальный вариант доставки грузов в страны ШОС. Для Банка развития участие в проекте может стать выгодным долгосрочным вложением инвестиционных средств.



ВЕРНУТЬСЯ К ЛЕНТЕ